?

Log in

No account? Create an account

Наступил таки.
kuznetsov_ru
Новый год наступил таки. Ровном счетом ничего не изменивши. За окном по-прежнему серый день. И только тишина говорит о том, что накануне что-то было. Так отдыхают уставшие бойцы после боя, так бывает летом в выходной день. Никого!
Всю ночь бабахало во всех краях и пределах. Но больше всего напряг глухой дед этажом выше. Вместо того, чтобы положить вставную челюсть в стакан с водой почистить зубы и лечь спать, он всю ночь чего-то там орал. Дед реально контуженный, поэтому постоянно орет. Самый ад, это когда он в прошлом году начинал утром делать зарядку, сам себе давая счет и комментируя. Уральские пельмени я пока больше не люблю. Объелся. Интересно, какой счастливый человек, обладатель номера на 922 звонил в пять утра? Видимо радостью хотел поделиться. Не стал разговаривать, а выключил телефон. Снилась всякая галиматья, но как всегда у куда-то ехал и снимал. Однажды я стал снимать и навстречу выбежали два омоновца. Один сказал, что не надо его снимать и ударил меня дубинкой. Второй добавил. Снились каких-то два башкирских парня. которые обещали помочь в съемках, но забухали. И много всякой разной ерунды. Видимо надо было напиться, чтобы спать без сновидений)

За двумя перевалами.
kuznetsov_ru
Продолжу публиковать старый рассказ. Для удобства поиска у него есть рабочее название "За двумя перевалами". Именно по этому тегу его можно найти в ЖЖ.
Несомненно, это была Емануслаган. Ее еще называли Черной речкой. Очевидно за постоянный сумрак, царивший в ее долине. Хотя с башкирского языка название переводилось явно как-то по другому и было образованно от некоего глагола, употребленного в прошедшем времени. На это указывал характерное окончание слово на "ан".
С утра не было нужды забивать себе голову размышлениями о башкирской топонимике, для этого существует вечер, с его непременным атрибутом - костром. Вот тогда-то хорошо сидеть, рассматривая быстро бегающих по углям крохотных саламандр, думать о чем-то вечном, неспешным и философском. Утро же нужно было куда-то идти, стремиться, спешить... Хотя спешить пока еще и никуда особо не хотелось. А хотелось скипятить чай и перекусить, наметив план дальнейших действий в течении долгого-долгого дня.
Черная речка, где-то совсем недалеко здесь выходила на поверхность, пройдя под землей десятки километров. Вода, схваченная глубокой долиной, плясала, пенилась, скатываясь с огромных, хаотично разбросанных по руслу камнях. Летели брызги, и разноцветная радуга искрилась в солнечных лучах. Дорога вылетала на перекинутый через речку ажурный старинный мост и уходила вперед, теряясь за поворотом. Впереди ее ждал еще один перевал. Но как было спуститься к реке? Хотелось спуститься вниз. Чтобы окатило брызгами, втянуть полным вздохом пенную свежесть потока. Изловчиться и зачерпнуть в пригоршни студеную воду. Глядя на сумрак, еще стоявший в долине, сомнений не возникало в том, что вода в реке даже не холодная, а именно студеная! Такой свежестью и прохладой тянуло из мрачного лога.
Присел на краешке моста, свесил ноги. Перил здесь не было. Да и не зачем было их делать. Ведь мост большей частью предназначался для поездов. На мгновение представил, вылетающий из леса, дымящий, пыхтящий паровоз, запряженный в груженый состав, и искра какого-то детского восторга пробежала и потухла тут, сменившись сожалением, что этого никогда уже более не увидеть. Печальные ржавые рельсы были тому невольным подтверждением.
Солнышко между тем подымалось все выше. Туман, поднявшись из сумрачных распадков растворялся в воздухе и превращался в духоту июльского дня. Часы показывали одиннадцатый час и время неумолимо стремилось к полудню. В животе урчало все более протяжно и настойчивей. От того проблема завтрака, переходящего уже в обед становилась все актуальнее. За мостом, по скальной выемке, когда-то пробитой под железнодорожный путь весело бежал из еловых зарослей водопадик. Здесь-то и будет завтрак. Скинул рюкзак, достал из него чем Бог послал. Ну что, а жизнь-то налаживается!