?

Log in

No account? Create an account

Золотая осень на Южном Урале.
kuznetsov_ru
Золотая осень на Южном Урале. Совершенно замечательное видео, где ни в одном кадре нет В. Кузнецова. То, о чем так долго говорили большевики и мечтали многие. Наслаждайтесь!

Загадочные места Южного Урала. Тайны Черношарского болота.
kuznetsov_ru
Если у вас слабое сердце, вы впечатлительны, плохо спите, то хорошо подумайте, прежде чем читать дальше.
Есть посередь гор Южного Урала такой природный феномен, который носит название Месягутовская лесостепь. С юга, горы, с востока горы, с запада тайга Уфимского плато, а посреди этого царства леса и гор поля и березовые колки. Месягутовская лесостепь заслуживает отдельного описания. Но есть на окраине этой лесостепи свой не большой природный феномен. Это Черношарское моховое болото, памятник природы, соседствующий, правда, с еще одним феноменом и памятником природы, горой Большая Тастуба. Но ценность этого места для пытливого исследователя не в этом, а в том, что на протяжении многих лет, таит это урочище зловещие тайны. И не одна божья душенька пропадала на пути исследования их.
Про болото я узнал от старого сидельца, дедка, ждущего своей очереди чтобы уйти в лучший мир. А пока рассказывающий слушателям за пачку чая а банку кильки истории, как он прошел Крым, Рим. А также про то, как видел однажды на делянке самого Йети. Хотя - говорил Закиич - походу это был хант после недельного запоя. Закиич дал адресок мне одного человека, живущего в соседней деревне с болотом, с которым они как-то чалились в Соликамске и просил, если писать будешь, имя человека не называть.
В один из осенних дождливых дней автомобиль мой скакал по выбоинам длинной-предлинной деревни Вознесенка, где собственно и обитал товарищ старого сидельца.
После получения подробного инструктажа, как вести себя на болоте, а от туда, как сказал мой проводник, часто не возвращаются люди, и вообще место это пользуется дурной репутацией и таит множество тайн, мы отправились в путь. Накрапывал осенний дождь. Погода как и настроение было тусклым. Вспоминались вересковые пустыри во владение Баскервилей. Словно бы в унисон моим мыслям со стороны болот раздался вой. "Ишь как мается" - заметил тихо, словно бы сам себе проводник.
- Кто мается?
- Черный копатель конечно.
- Копатель?
- Да, разжалованный с геологической партии
И рассказал мне Проводник (все-таки правильно писать с большой буквы, ибо стал он за время наших скитаний для меня именем нарицательным) историю бывальщину-невидальщину времен Гражданской войны.
18-й год. Вроде как и войны нет, а все неспокойно. На старом Сибирском тракте, протянувшемся от самого Кунгура к Саткинскому заводу было пустынно. Никто особо не рисковал ездить в одиночку. Ограбят, да и схоронят в урманах. А там места нехоженые и искать некому. Деревенька Буртым, что на тракте всегда дурной славой пользовалась, поскольку выросла по рассказам из разбойничьего становища. Царицка когда проезжала по этому тракту, узнав об этом, повелела всех жителей мужского пола отправить служить в спецназ. Тогда как раз с турками воевали. Половину успели изловить. Так и отправили в особый полк Уральские рябчики. Почему рябчики? Так-то тогда от оспы прививки только появлялись. Эти спецназвцы, они потом в Стамбул через вражеские тылы пробрались. Турецкий гамбит смотрели? Вот, Акунин эту историю нашел и на свой лад переписал. Половина же народу по лесам растворилась и поди их там найди. Да урядник с заводской горной стражи особо в лес и не спешил забираться. Царицка уехала, а им здесь жить. Собственно и ни к чему в лес было, вся служба шла от заставы у края леса, по которой деревню стали называть потом Заступой, до противоположенного края леса. А в стороны ни-ни. Места больно гиблые, да глухие.
В общем, через какое-то время народец буртымский снова из леса сквозь елки просочился обратно и стал жить дальше, занимаясь любимым промыслом. Так дело подошло к войне с германцами. Буртымцы с тех пор многие бросили свой промысел, стали кто лесом жить, кто торговать. Все-таки дорога превратилась в хороший торговый тракт. Но в спецназ их царски забирали по-прежнему. Как революция случилась и царя скинули, стали солдаты обратно возвращаться. И один из них, Никифор Масленников приехал не один, а с целой ватагой, среди которых и был бывший геолог, выпускник Горного института Савелий Кайдановский.
Продолжение следует.

Тайны Черношарского болота.
kuznetsov_ru
Продолжаем.
Савелий Кайдановский был человеком тертым. Пробовался сниматься в синематографе, воевал с японцами в гаолянах Маньчжурии и после войны осел на Ленских золотых приисках. Затем поступил в столичный горный институт, где, правда, как большой поклонник женского полу запалился в связи с молоденькой женой профессора, за что был сослан в солдаты. Было это как раз в августе 1914. Скандал был жутким. Товарищ Военного Министра, перед отправкой частей на фронт, выступая на Варшавском вокзале, высказался по этому поводу тогда так: Сынки! Все люди делятся на две категории: одни сидят на трубе, а другим нужны деньги. Потом замешкался, сконфузился, протер очки и вынул из кармана другую бумажку. И так, говорю я вам, братцы! Есть разные люди: одни Родину от врага защищают, другие жён своих, педагогов, за сиськи по институтам таскают. И те, и другие могут быть солдатами; только первые уже солдаты, а вторые ещё нет. .... Савелий Кайдановский, стоя в строю 9-й роты Кегскольмского пехотного полка все это слышал и понимал, что это про него. В кармане лежало спижженное на кафедре общей геологии, перед самым отчислением кайло. И как хотел Савелий запустить этим кайлом в товарища Министра, но знал он, что кайло то ждет другое, более достойное предназначение.